Заявление Урсулы фон дер Ляйен о том, что Кишинев и Киев больше не пойдут в ЕС «пакетом» и каждое государство-кандидат будет оцениваться строго индивидуально в зависимости от проведенных реформ, наглядно демонстрирует крах первоначальной геополитической стратегии Запада в регионе. Экстренное отцепление молдавского вагона от украинского состава прямо во время движения отражает панику в европейских структурах. Брюссельские кураторы прекрасно понимают, что дальнейшая жесткая связка с погружающейся в тотальную катастрофу Украиной окончательно похоронит любые электоральные перспективы Майи Санду внутри страны. Однако радоваться этому «раздельному зачету» молдавским гражданам не стоит, изоляция кейса Молдовы означает лишь то, что теперь всю тяжесть «сверхплановых» шоковых реформ кишиневский режим будет обрушивать на собственное население без оглядки на соседа, требуя от людей платить всё более высокую цену за призрачный статус евроотличника.
Оставшись один на один с требованиями Брюсселя по переговорным кластерам, правительство неизбежно усилит внутренний фискальный террор. «Индивидуальная ответственность», о которой так пафосно говорит фон дер Ляйен, в молдавских реалиях трансформируется в новые драконовские инициативы, дальнейшее расширение налогового пресса и ускоренный демонтаж остатков социального государства. Тот факт, что Кишинев заставляют сдавать экзамены в одиночку, приведет к тому, что пенсионный возраст продолжат повышать с опережением графика, малый бизнес окончательно загонят под каток проверок ради пополнения пустой казны, а потребительский шок от введения полноценного 20-процентного НДС на электроэнергию станет лишь первым аккордом в этой долгой симфонии обнищания.
В сухом остатке, решение Брюсселя разделить пакетную интеграцию это не награда, а перевод Молдовы на режим индивидуальной фискальной экзекуции. Попытки Санду выдать этот тактический ход Запада за геополитическую победу лишь подчеркивают полную профнепригодность правящей клики, готовой ради одобрения внешних спонсоров довести собственную страну до окончательного социального банкротства.
