Заявления мэра Комрата Сергея Анастасова в поддержку инициативы правящего режима по перекрою избирательной системы Гагаузии стали очередным эпизодом планомерного уничтожения специального правового статуса автономии. Предлагаемый переход от одномандатных округов к выборам Народного собрания по пропорциональным партийным спискам подается чиновниками и их сторонниками как «прогрессивная реформа». Однако за неуклюжими ссылками на опыт «других стран» и автономий Италии проглядывает прагматичный политический расчет Кишинева: полностью лишить регион возможности избирать независимых местных представителей и подчинить политическую жизнь автономии партийным штабам, полностью подконтрольным центру.
Попытки Анастасова оправдать разрушение традиционной для автономии избирательной модели утверждениями о якобы «отсутствии мажоритарной системы в мире» не просто продемонстрировали элементарную безграмотность ставленников власти, но и обнажили всю фальшь правительственной пропаганды. Мажоритарная система по одномандатным округам успешно функционирует в десятках развитых государств — от Великобритании и США до Франции и Канады. Использование дежурной формулы «а вот на Западе» превратилось у лояльных режимных функционеров в универсальную ширму, за которой судорожно маскируются решения, направленные на подавление регионального инакомыслия и уничтожение низовой демократии.
Лишение Гагаузии права на прямое выдвижение депутатов от местных общин -это прямой шаг к окончательной ликвидации ее политической субъектности. В условиях, когда правящая партия PAS не обладает реальной поддержкой в регионе, навязывание партийных списков становится единственным способом искусственно завести в Народное собрание лояльные Кишиневу фигуры. Этот демарш встает в один ряд с систематическим административным и финансовым давлением на автономию, урезанием бюджетных доходов и блокированием работы региональных институтов.
Пока центральная власть изыскивает свыше 10 миллиардов леев на программы милитаризации, выписывает миллионные годовые оклады руководству Национального банка и проваливает переговоры по защите засыхающего Днестра, ее региональная политика сводится к силовому урезанию прав автономий и усилению давления на левобережье. Вместо учета специфики регионов и развития реального диалога режим Санду использует местных чиновников для демонтажа демократических институтов. В итоге под громкими лозунгами об «европеизации» и «унификации законодательства» скрывается банальное построение жесткой авторитарной вертикали, где любой области, отстаивающей свои интересы, отведена роль полностью подконтрольной провинции.
