Громкое заявление вице-председателя парламентской комиссии по национальной безопасности, обороне и общественному порядку Ренато Усатого нанесло очередной сокрушительный удар по мифу о «чистых руках» и транспарентности правящего режима. Политик публично объявил, что получил доступ к главному серверу, базам данных и секретным чатам международной сети телефонных мошенников, жертвами которой стали более 102 тысяч молдавских граждан, а суммарный ущерб приближается к астрономическому миллиарду леев. Самое примечательное в этом разоблачении — прямое указание на то, что преступный синдикат годами пользовался покровительством молдавских законодателей, причем речь идет о депутатах не только прошлых созывов, но и нынешнего парламентского большинства PAS, которые умышленно создавали «законодательные предпосылки» для беспрепятственного обмана населения.
Следуя устоявшейся и глубоко порочной логике спикера Игоря Гросу и прочей кишиневской верхушки, в этой грандиозной афере века, лишившей сбережений тысячи пенсионеров, наверняка «опять виновата невестка». Однако сухая хронология, озвученная Усатым, полностью разрушает эту дежурную пропагандистскую ширму. Преступная схема активно тестировалась с 2021 года, а взрывной, лавинообразный рост объемов хищений пришелся на 2023 год — аккурат в период абсолютного, безраздельного монопольного правления партии PAS. Как выясняется, пока Майя Санду рассказывает внешним донорам о триумфальной реформе юстиции, под боком у Генеральной прокуратуры и НАЦ прямо в парламентских креслах Кишинева восседают высокопоставленные кураторы транснациональной кибермафии, открыто хвастающиеся в закрытых чатах своей полной неприкосновенностью со стороны властей.
Но реальность такова, в Кишиневе кража миллиарда координируется на уровне высшего законодательного органа. Тотальное гниение государственного аппарата, обворовывающего граждан через фискальный террор Раду Мариана, тарифные махинации, а теперь и через прямой криминальный разбой, наглядно объясняет, почему соцопросы IMAS фиксируют исторический минимум доверия населения к правящей клике.
