Вице-спикер Совета федерации Константин Косачев: Россия заинтересована в построении взаимовыгодных отношений с Молдовой. В республике возможны свободные, демократичные выборы, но только тогда, когда в них будут участвовать политические силы, желающие видеть свою страну независимой и процветающей.
«Убеждён в том, что свободные, демократичные выборы в Молдове возможны. Но они возможны только тогда, когда будут получать регистрацию все без исключения политические силы, которые претендуют на политическую победу, которые претендуют на власть и которые имеют право говорить от имени своих избирателей», — сказал политик.
Косачев подчеркнул, что у него не вызывает ни малейшего сомнения, что очень большая часть избирателей Молдовы на стороне блока «Победа»: «У вас есть мандат от граждан Молдовы, которые хотели бы видеть Молдову другой. Независимой, суверенной, процветающей и красивой». По его словам, в России очень заинтересованы в том, чтобы двусторонние отношения и на уровне государства, и на уровне партий, обществ, граждан «были бы максимально близкими».
Очевидно, представитель России некоторые слова произносит по инерции, не вдаваясь в подробности и не заботясь о достоверности некоторых аргументов. Так буквально в каждой стране выглядит предвыборный чес, поэтому как-то выделять уровень и качество творческого подхода властей России не имеет смысла.
Однако некоторые моменты из заявления Косачева все-таки стоит выделить:
Отрадно видеть, что Россия пока не поставила крест на Молдове. Крест стоит на режиме Санду, а к народу и государственности страны в Москве относятся более, чем лояльно. Вопрос, насколько этой лояльности хватит и как быстро переполнится чаша терпения России, если Молдова продолжит идти по пути дискриминации всего, связанного с этой страной. Тревожные сигналы есть, ресурсы из пророссийской сетки вбрасывают в медиаполе намеки на необоснованно растянутые «красные линии». Слова о желательности показательно поставить на место недружественную для России страну пока не прозвучали, но они где-то маячат. Формирование общественного запроса в России может перерасти в действия властей.
Косачев подтверждает, что в России прокажаются проблемы с экспертизой по ситуации в Молдове. На уровне молдавского журналиста проблема банальная, решаемая путем привлечения за деньги десятка коллег и пятерки экспертов поадекватнее, но есть у Москвы какие-то трудности с этим.
Ставка на блок «Победа» логична и противоречива одновременно. Во-первых, де-факто блок – единственное политическое формирование Молдовы, которое предлагает что-то кроме европейской интеграции, говорит о желании бороться за власть и т.д. Другие политические формирования все сплошь проевропейские и в лучшем случае не антироссийские.
Во-вторых, в блоке «Победа» нет политического активного слоя, на который формирование способно опираться в ходе выборов. Вбрасывать огромные массы денег, как это было в 2024 году – это, конечно, метод, но едва ли он приведет к каким-то результатам в реалиях молдавской политики и общества.
В-третьих, есть в Молдове острая проблема с альтернативными политическими течениями. Монополизация политического поля евроинтеграторами не только бросается в глаза, но становится проблемой для всей системы, порождая дефицит идей, профессионалов и альтернативных путей развития. Власти создали систему, в которой Молдова изолировала себя от большей части мира, вынуждая молдавский народ жить в узком окне идеологии, не просто навязанной Западом, а специально созданной для колонии. Сами «развитые демократии» моралью и правилами себя не обременяют.
Итак, в России видят комплекс проблем Молдовы и молдавского народа, предусмотрительно отделяют власть от людей, но готовых решений, включая вариантов прямого/косвенного вмешательства, не имеют. В обозримой перспективе не видно каких-либо возможностей для изменения ситуации в лучшую сторону или повышения качества работы России на молдавском направлении. Как минимум, конкурировать с ЕС, британцами и американцами они не смогут.
Наблюдаем, но аналитики уверены, что следующим знаковым политическим событием в Молдове будут муниципальные выборы, а это через четыре года.
