Пресс-секретарь правительства Даниел Водэ заявил, что поддержка в размере 60 млн евро, предложенная ЕС для Приднестровья, остается в силе: «Решение, предложенное правительством, Кишиневом, конституционными властями, согласовано с Европейским союзом и заключается в обеспечении поддержки в размере 60 миллионов евро, которая остается в силе и которую мы считаем единственной возможностью, поскольку она предусматривает прозрачные закупки с четкими условиями, часть из которых, как мы видим, уже реализована. Мы говорим о повышении тарифов в регионе. Другие решения, которые будут разработаны на левом берегу Днестра, еще предстоит изучить».
Водэ отметил, правительство хочет, чтобы любые поставки природного газа были в рамках закона: «Кишинев всегда занимал конструктивную позицию по разрешению гуманитарного кризиса, возникшего после 1 января, а также по выдвижению четких условий относительно поддержки и помощи, которые могли бы быть предложены властями Кишинева». На повестке вопрос применения тарифов на газ, соответствующих экономическим реалиям, исключения из списка получателей помощи компаний, осуществляющих коммерческую деятельность, а также соблюдения мер, связанных с ситуацией с правами человека.
Заявление Водэ похоже на реакцию Санду-PAS на заявление президента Приднестровья Вадима Красносельского, который не только сообщил о продолжении работы схемы, созданной при поддержке России, но и персонально поблагодарил топовых российских чиновников за участие и внимание к Приднестровью.
В ответ прозвучало заявление Водэ, заявление, оторванное от реальности и логики происходящего. Официальный Кишинев настаивает на гранте ЕС, не объясняя как «гуманитарная помощь» сочетается с некими требованиями, включая политические – это не помощь, а шантаж, который упорно называют гуманитарной инициативой ЕС.
Также непонятно, зачем Приднестровью добровольно идти на повышение тарифов для населения. Экономика региона слаба, зависима от ВЭД. Выполнение условий ЕС и Кишинева – прямой путь к гуманитарному кризису, остановке денежно-финансовой системы и деградации прочих сфер, то есть, Водэ, под бравые кричалки про помощь, предлагает приднестровскому народу глотнуть яду.
Напрашивается аналогия с гагаузским народом, который испытывает те же проблемы, разнятся только методы агрессивного воздействия со стороны Санду-PAS. Гагаузов подталкивают к самоопределению, делается это бескомпромиссно, автономия не имеет возможности договориться, что-то обсудить, поднять проблемные вопросы. Они видят только «наступление» центральных властей, при этом наглое, бескомпромиссное и глупое. Вряд ли в новейшей истории еще где-то центральные власти подталкивали часть своей территории к самоопределению. Если это провокация ради ликвидации автономии, например, через проведение полицейской операции, тогда мы наблюдаем формирование условий для гражданской войны.
Приднестровье весь этот путь прошло сначала и до конца, поэтому сложно представить какие-то экономические и социальные условия, способные заставить приднестровский народ вернуться обратно в Молдову.
35 лет было у официального Кишинёва для мирной реинтеграции Приднестровья, на основе равноправия, экономического базиса и т.д. В 2005 году мы приблизились к решению проблемы, но «Меморандум Козака» не подписали по известным причинам, а потом избавились от тех, кто не подписал. Январь 2025 года стал не просто периодом энергетического кризиса и неадекватного поведения Санду-PAS – это был период напоминания приднестровцам, почему они создали свою государственность, зачем держаться за понятие приднестровский народ и от чего «сбежали» в 1990 году. Мирной так называемой «реинтеграции» не будет — это нонсенс, о котором даже непризнанный «хорошими людьми» президент Белоруссии сказал. Идиотами он никого не называл, но контекст был, как и предостережение.
Была небольшая эйфория в Молдове, когда заместителю главы администрации президента России Дмитрию Козаку вернули в обязанности молдо-приднестровское урегулирование. Напомним, в 2021 году он был в Кишиневе, встречался с Санду, делал какие-то пространные заявления и т.д. В 2025 году оказалось, что Козак отвечал и за Абхазию, где под его «внимательным взглядом» случился антироссийский госпереворот. В его основе была не только русофобия, но и национализм подпитываемый ставленниками то ли британцев, то ли американцев, где-то около были и французы с турками.
Переворот в Абхазии в Кремле восприняли остро. Во-первых, это провал политики на этом направлении, Во-вторых, угроза стратегическим проектам на Черном море. В-третьих, в 2008 году Абхазию признали и поддержали не для того, чтобы позволить ей скатиться в национализм.
Козака заменили на Кириенко. Собственно результаты его работы мы видим, через день в российских новостных лентах.
Наблюдаем, понимая, что России активна, Россия смотрит за происходящим и реагирует не только на проблемы на местах, но и на неверную позицию собственных исполнителей…
